• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: неадекват. (список заголовков)
21:02 

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Если ты сумеешь вырваться из клетки. Если ты почувствуешь, как ветер нежно ласкает перья. Если ты поднимешь голову к небу. Если ты увидишь солнце. Если ты сможешь снова петь. Если ты взлетишь ввысь, так легко и так резко. Оставляя клетку внизу, позади, в неправде. Если ты улетишь, - я утону.


@темы: Словобред., Неадекват., Just me.

23:15 

Спать.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Иногда по утрам просто не хочется открывать глаза, не хочется двигаться, вставать, умываться, завтракать, идти куда-то. Не потому что лень, не потому что "работа достала", а просто хочется лежать и спать, лежать и не думать, уткнувшись носом в подушку или в собственную руку.
Кстати, к слову, я могу спать вообще без подушки, просто на руке, все считают это жутко неудобно. Они ошибаются.
Поджать под себя ноги, укутаться в одеяло, слушать угасающее тиканье часов. Люблю просыпаться за несколько часов до будильника, чтобы было время вот так побалансировать между сном и явью. Чтобы не было так больно с утра от резкого пробуждения и осознавания того, что вся твоя дурацкая жизнь - это правда.
Работа в банке, каждодневные нервы, платежки, VIP-клиенты, которым ты обязана лучезарно улыбаться, сплетни, заговоры коллег, недовольства, упреки, нагрузки, нехватка времени, снова нагрузки очередной работой, и плевать всем, что все это успеть нереально.
Затем метро, попытки успокоиться, дом, компьютер, постоянно смотрю на часы, понимая, что с каждым часом приближаю новый рабочий день, пытаюсь найти в этом что-то положительное.
Понимаю, что я одна, что банально некому написать дурацкую, девичью смс-ку с дибильными словами о любви.

И снова сон, снова я еду с огромной скоростью в поезде. Не в вагоне, как все нормальные люди, нет-нет. Я стою прямо на его "голове", упасть ничего не стоит, особенно в те моменты, когда состав наклоняется вперед и пролетает в каких-то считанных сантиметрах от столба/дерева/холмика или прочего препятствия.
А вдоль железных путей стоят люди и пытаются ухватить меня за рукава.
Спать.




@темы: Неадекват., Меломания., Личное. Моё., Выводы., ...

16:59 

lock Доступ к записи ограничен

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:50 

Ночь.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Еще бы немножко, и я бы смогла изменить свою жизнь. Если бы я чуть дольше сидела здесь и смотрела бы в ночное небо, я бы поняла что-то важное. Поняла бы, что эти звезды просто не могут быть настолько далеко. Они не могут быть огромными и далекими.
Когда от красоты и спокойствия хочется плакать, когда вот так сидишь и, чуть прикрыв глаза, смотришь вверх, когда настолько тихо, что почти физически слышишь собственные мысли. Именно в такие моменты хочется либо умереть, либо полюбить. Умереть не потому что плохо, а потому что хочется умереть так, спокойно, без крови, боли и сдавленного горла. А полюбить, потому что хочется, чтобы кто-то сидел рядом. Существует ли в нашем мире бесконечно пошлых тем подобное? Подобных людей, которых я смогла бы полюбить, я встречала лишь на страницах книг. Если бы я могла оживлять серые листы бумаги, я бы материализовала тебя. Потому что мне никогда не встретить тебя в реальной жизни. Тебя либо нет, либо ты родился не в этом тысячелетии.
Сколько людей ушло, потому что я прогнала их, сама того отчаянно желая и не желая. Сколько недоверия в душе.
Как важно вовремя сказать "стоп".
- Или "стой".


@темы: ..., Диалоги., Неадекват., Цапля.

22:57 

Фик.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
О, боги, я пишу фанфик. Я пишу фанфик!) *истерично хохочет*


@темы: Неадекват., Бессодержательный пост., Just me.

00:37 

lock Доступ к записи ограничен

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Прошлое. И немного настоящего.

URL
22:17 

Can you hear me?

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Can you hear me?



Нет, не ты. А ты, ты и ты.
Почему когда зовешь, откликается всегда не тот, кого зовешь?
Подойдет, сядет рядом, откроет книгу и читает, читает, а тебя будто вовсе уже и нет. А тот, кому кричишь не слышит.

Почему в метро так приятно кого-нибудь задеть, толкнуть изо всех сил локтем. Прикрыться нехваткой места. И возненавидеть себя, увидев извиняющуюся улыбку на лице обиженного.

Я вас нашла. Спасибо вам, что вы есть. Только вот. "Если у вас нету тети, то вам её не потерять. И если вы не живете, то вам и не, то вам и не, то вам и не умирать. Не умирать".

Я хочу, чтобы всё изменилось. Я хочу, чтобы всё осталось, как есть. Почему? Потому что я знаю, что все останется, как есть.
Сколько же, сколько же мне еще примеров надо. Сколько же выдуманных реальностей.

Я бы могла стать в них Убийцей мечты. С пустыми глазами и таким же сердцем. С длинным кинжалом в руке. С отсутствием памяти, с нехваткой чувств.

А я тут. С добрыми словами. С улыбкой. С отчаяньем. Притворством. Стихами. Со своей бракованной душой.

Я родилась после чужой смерти внутри моей матери. Я не могла родиться. Врачи ошибаются. Но я родилась после чужой смерти.


@темы: ..., Just me., Жизнь реальная., Личное. Моё., Меломания., Мир., Неадекват., Нытьё., Подземка., Прошлое., Словобред., Строки по сердцу.

22:55 

Птичка.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Боже мой, что это...)

Птичка

Птичка-птичка, подскажи-ка,
Ты куда, а я откуда,
Птичка, видишь, - земляника,
Да зимой, ведь это чудо.

Птичка, летом за рекою
Та корова, что горбата,
Смотрит на воду с тоскою,
Лижет снов тугую вату.

Птичка, что ты, и откуда
Прилетела на оконце,
Я сгонять тебя не буду,
Если дашь мне каплю солнца.

Если дашь мне крики чаек
И дыханье бездны пенной,
Птичка-птичка, я скучаю,
Словно мошка во вселенной.

Пожужжу, стекло целуя,
Разобьюсь, себя не зная,
Ты прости меня дурную,
Птичка-птичка, засыпаю.

И пускай смеются тучи,
Да не видно неба лика,
Мне с тобой гораздо лучше,
Птичка, кушай землянику.

21.10.2008 год.


@темы: Диалоги., Неадекват., Они., Стихи, Цапля.

01:12 

Заклинание.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).

Уходи, черт возьми. Убирайся.

Снег-снег-снег.
Не сметь-не сметь-не сметь.
Стекло-стекло-стекло.
Не сметь-не сметь-не сметь.
Стена-стена-стена.


Моё заклинание.


@темы: ..., D.Gray-man., Just me., Бессодержательный пост., Личное. Моё., Неадекват., Ом!, Они., Пипец., Словобред.

17:48 

lock Доступ к записи ограничен

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).




URL
23:38 

Растворись в ночи...

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Да простите вы меня за очередной стих).

Растворись в ночи тень вертлявая,
За тобой иду уж который год,
Испила любовь как отраву я,
Но она во мне до сих пор живет.

Месяц, не молчи, отгони тоску,
Да исполни гимн всех людских потерь,
Я рисую жизнь пальцем по песку,
Но, мой милый друг, больше мне не верь.

Белым соком снов меня поит ложь,
Что я дать могу кроме пустоты,
На груди горит красной кровью брошь,
Да у ног лежат черные цветы.

По осколкам вверх до немых зеркал,
Я уйду одна, оставляя пыль,
Только, видит Бог, ты меня искал,
Да шумит вода и ночной ковыль.


@темы: ..., D.Gray-man., Just me., Жизнь реальная., Личное. Моё., Мир., Неадекват., Стихи

23:16 

Пьяная голова.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Можете меня осуждать, как угодно. Но кто в этом мире не был пьяным.
Идти по улице и прерывающимся от быстрой ходьбы голосом петь: "Красные облака, ветер ударил в спину, я с тобой так легка, я с тобою красива..." И вспоминать, вспоминать, вспоминать. И снова плакаться, и снова не быть понятой. И снова слушать, слушать, слушать чужие мысли, чужие проблемы, захлебываясь в своей.
Поехать на Ясенево. Идти, идти, идти. И вдруг найти двор, дом и скамейку. И застыть. И понять, что воображение может стать отражением реальности.
Сесть на скамейку, смотреть на оконные огни, думая сколько людей сейчас не спят, сколько людей зажигают свет. И думать, что это тот самый двор, что мне виделся. В котором встретились Цапля и Пустышка. И думать: я сошла с ума.
Смеяться, запрокинув голову к небу. И снова выслушивать ничего не значащие слова. Задерживать слезы в глазах, оставляя их невыплаканными. И хохотать. Холодно. И ветер дует.
Снова мечтать. И снова разбивать свои мечты. И оплакивать осколки.

Я устала. Я нуждаюсь в этом. Но я себе этого не позволю. Я сама себе самый худший и жестокий враг.

И всё же я желаю себе счастья.

@темы: ..., D.Gray-man., Just me., Жизнь реальная., Личное. Моё., Мир., Неадекват., Нытьё., Прошлое.

23:17 

Цапля. Продолжение.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Я всегда любила теплые летние вечера. Распахивала окно, залезала на подоконник и пела, пела, пела. И казались неважными дневные проблемы, неважными и далекими. Вечер плавно перетекал в ночь, а она, она через кожу проникала внутрь, заполняя собой ноющую пустоту. Было так уютно, так тепло. Но лето не бесконечно. Осень приносила с собой мерзкие холодные дожди и ветер, который со свистом пронзает тело и выбивает из груди остатки летнего тепла. И все же я любила дождь. Просто, без всякой на то причины. Хотя, наверняка, она была. Только я не могла её поймать и разглядеть.

-Смотри. Воооон туда, - Пустышка чуть приподнялась на носках. – Видишь то дерево. Высокое такое, и к тому же листва на нем слишком яркая для этих мест. Вот там тебя кое-кто ждет. Иди поболтай.
Я не стала спрашивать кто. К чему подобные вопросы, когда через пару минут можно узнать всё самостоятельно. "Кто? Куда? Зачем?" – это мусор, заполняющий ненужные паузы. Вопросы – мусор и примитив, хотя ответы бывают необыкновенно важны. Но я привыкла узнавать всё сама.
Меня и правда ждали. Тени от листьев мягко падали на лицо сидящей на бледной траве девочки. Ноги поджаты, глаза закрыты. Она напоминала изящную застывшую статую, такие обычно ставят рядом с морем, на какой-либо скале, о которую разбиваются зеленые пенистые волны. И которая каждую секунду теряет часть себя, крошечную песчинку. И по песчинке осыпается в море.
-Помнишь, как ты первый раз его увидела? Оно было холодным и серым. Но необыкновенным. Вода, пена и волны, уходящие за горизонт. Правда ведь, это было незабываемо?
-Да. Хотя не знаю. Наверное.
-Не помнишь.
Девочка грустно вздохнула и открыла глаза.
-Теперь ты помнишь только небо, думаешь только о небе. И что же? Взгляни на него, взгляни, - темные пятна теней на светлых волосах придавали ей чересчур серьезный вид. – Полотнище. Небо запечатано, закрыто. Не удивлюсь, если скоро оно просто задохнется.
-Разве это моя вина?
Она только лишь хмуро посмотрела на меня и поднялась на ноги. Тоненький серебряный браслетик мелодично зазвенел – то маленькие блестящие звездочки на нем застучали друг о друга. Всё так же хмурясь "статуя" обошла меня со всех сторон, придирчиво кривя губу.
-Не болит?
-Не болит. Хотя нет, сначала было больно. Всё-таки порез довольно глубокий. Но сейчас – нет.
-Разве это не странно? Больно было всего лишь какие-то доли секунды, а затем ты даже и не вспомнила о раненом крыле. Знаешь, что это значит?
-Что? – очередное мусорное ненужное слово повисло в воздухе, ожидая объяснений, ответа, - как угодно. Хотя я понимала её без всяких объяснений, лишних деталей и прочей конкретики.
Девочка приложила палец к губам и улыбнулась. Достав из кармана маленькие серые ножницы, она аккуратно отрезала прядь своих волос. Та, упав в траву, мгновенно стала тусклой и безжизненной, хотя раньше в ней горел хоть и слабый, но ясно видимый огонек жизни.
-Вот. А раньше это было частью меня, - она вздохнула и прижалась к моей руке. – Разве мы этого хотели, Цапля. Разве ты не помнишь, как это просто – улыбаться небу. Не этой тряпке, а настоящему, голубому, серому, черному, да не неважно, просто небу. Ты не понимаешь, они ведь не настоящие, эти крылья. Нет-нет, не так, - тепло её дыхания грело мою руку, но где-то внутри, учащаясь с каждой минутой, пульсировал шершавый, тревожный комок. – Они часть тебя, но в реальном мире их нет. Да, так верно. Цапля, Цапля, ты всегда будешь птицей. Ты ведь летала, а тот, кто летал, никогда этого не забудет. Тот, кто хотя бы раз в жизни летал навсегда останется птицей.
Уже было совсем успокоившийся, ветер вдруг очнулся и запрыгал по невидимым воздушным кочкам. Мне никогда еще не было так страшно и радостно одновременно. Я узнала её. Я вспомнила её.
-Наши надежды, планы, мечты. Всё провалилось в эту пустую реку. Знаешь, как я плакала в тот день, когда трава начала бледнеть, вода утекла в пустоту, а ты отвернулась от меня. Мне казалось, ты никогда не вернешься, мне казалось, эти перья запрут в себе твою душу, а ты сама будешь принадлежать этому небу, будешь лететь там, высоко, без права, без возможности вернуться назад, на землю. Вечный полет из пустоты в пустоту. Птицы тоже ходят по земле. Люди тоже могут иметь крылья.
Я сжала её запястье. То, на котором подрагивал серебряный браслетик.
-Его ведь мама подарила, верно? Когда нам исполнилось десять. Для нас это было настолько великое событие. Переход от одной цифры к двум. Я помню, как я плакала, когда он потерялся. Будто не украшение пропало, а близкий мне человек.
Внутри что-то с огромной скоростью переворачивалось, крылья дрожали, белые перья шелестели на ветру, будто страницы старой книги, забытой кем-то на скамейке возле дома. Но в то же время мне было так тепло, так тепло. Как в детстве.


@темы: D.Gray-man., Личное. Моё., Мир., Неадекват., Они., Прошлое., Словобред., Цапля.

00:26 

Метро.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Позавчера ехала в метро. На работу. Вагон еще не был заполнен так, как обычно это бывает: двинуться невозможно, ибо заденешь кого-нибудь сумкой и испытаешь на себе всю прелесть испепеляющего взгляда.
Так вот, я дочитала книгу, и стало скучно. Музыка играла в голове как фон, и я закрыла глаза.
Знаете, это стоит попробовать, это стоит представить. И я стала представлять.

В голове нет ничего кроме музыки. Плавная мелодия обволакивает еще не совсем проснувшийся мозг. Спокойно и тихо внутри.
Я одна в вагоне. Не двигаюсь, никого не касаюсь. Просто стою с закрытыми глазами и держусь за поручень. Никаких остановок, только стремительный бег электрички. Даже не так. Кроме этого вагона вообще ничего нет. Он просто катится, сам по себе, без машиниста.
Умом, разумом ты понимаешь, что вокруг тебя люди. Но не касайся их, мысленно окружи себя пустотой, свободным пространством. Слева - никого нет, справа - никого нет. Ощути, как волны твоего воображения стирают людей вокруг. И ты почувствуешь, как холодеет воздух, потому как согреваешь его ты теперь в одиночестве.

Знаете, представляя всё это, начинаешь "улетать". Куда то заваливаться и плыть, плыть, плыть. Не засыпать, а погружаться в нечто иное, чем сон.

А на самом деле стоишь на месте, утром, в вагоне метро, окруженный разнообразными людьми.

Пожалуй, Цапля тоже это испытает.


@темы: Just me., Жизнь реальная., Заметки - наблюдалки., Личное. Моё., Мир., Неадекват., Подземка., Цапля.

22:12 

Цапля. Продолжение.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
-Ты уверена, что хочешь исполнения своей мечты, Цапля?
Я молчу, изо всех сил прислушиваясь к своей живой душе. Сейчас я, как никогда рада, что она у меня есть. Без неё мне было бы поистине одиноко.
-Да, - выдавливаю я из горла давно заготовленный ответ. Затвердевший и покрытый пылью, образовавшейся в самом начале моего пути.
-Да? – её голос звучит с издевкой. – Что – да?
-Уверена!
Пустышка выпрямляется и, упираясь руками в бока, принимает позу дотошной и злой учительницы начальных классов, только указки в руках не хватает, ну еще, может быть, очков на носу. Начинает волноваться, щекотать меня, тормошить волосы, - словно пытаясь разбудить. Но я же не сплю. В чем дело?
Резкая боль сворачивает реальность в трубочку, оставляя лишь маленький ярко-белый шарик света. Он пульсирует, выписывая в воздухе немыслимые пируэты, танцуя в такт лишь одному ему слышимой и понятной бешеной музыке.
Такое чувство, будто моё крыло разрезали пополам. Теперь на его месте – жалкий обрубок, судорожно дергающийся и кровоточащий. Отсеченная часть трепыхается в траве, постепенно выпуская из себя остатки тепла и жизни.
Мир приходит в равновесие, полотно реальности снова развернулось передо мной, – я сижу ночью на лавочке, передо мной стоит Пустышка с ножом в руке и смотрит на стекающую по белым перьям красно-соленую кровь, без каких-либо эмоций на лице.
Я в ужасе оглядываюсь на источник пульсирующей боли и с облегчением признаю еще одно поражение своей интуиции: крыло цело, на нем лишь порез.
-Зачем?
-Полетаем в пустоту.

Вздох сожаления на губах,
Зависли в неправильных городах,
Звонки телефонные под луной,
Границы условные, - я с тобой.

Сотри меня, смотри в меня,
Останься.

Прости меня
За слабость
И за то, что я так странно
И отчаянно люблю
(с) Земфира.




Мир безо всяких ярких оттенков. Только тусклые, ничего не значащие цвета заполняют окружающую меня природу. Бледная трава чуть колышется под порывами неугомонного ветра. Ветер везде один и тот же. Где бы ты ни был, - всегда узнаешь его прикосновение, его волнительное дыхание, услышишь, как он шепчет что-то на ухо, а потом с резким шорохом отскакивает в сторону и неистово гнет вялые ветви деревьев.
Я не знаю, откуда в этом мире свет, - здесь нет солнца. Даже не так. Здесь просто нет неба. Вместо неба над головой растянуто чуть сероватое ровное полотно, неподвижное и такое же тусклое, как и всё вокруг.
Передо мной нечто вроде реки. Длинная лента уходит далеко за пределы видимости, но это не важно. Мне нужно просто перейти эту реку. Бежать к её истоку или смотреть, куда она впадает, нет необходимости.
Вот только вы не думайте, что в ней весело плещется вода и играют с пузырьками маленькие проворные рыбки. Эта река вообще без воды.
В середине речной ленты по направлению к своему месту рождения медленно тянется плоская желтая пластиковая доска. Шириной она не больше метра, длиной – не ухватить взору. Доска плавно покачивается в такт неслышной мягкой колыбельной и сверкает матовым цветом ромашкового сердца. А по краям – пустота. Стоит заглянуть в эту подернутую молочным туманом бездну, и внутри кто-то принимается противно ныть и щипаться. Этот кто-то отчаянно отводит глаза, стонет, скребется, в общем, делает всё, чтобы ты убежал как можно дальше от столь жуткого и пугающего его места. И, желательно, никогда больше сюда не возвращался.
Но я-то обязана прейти реку.
Делаю глубокий вдох – и шаг. Пластик противно скрипит и со стоном всех усопших этого мира начинает медленно заваливать под моей тяжестью на один бок. Только не это! Вся моя смелость мгновенно улетучивается, уступая место банальной панике: еще чуть-чуть и я провалюсь в пустоту, из которой мне не выбраться за всю мою жизнь. Если она будет вообще продолжаться эта жизнь. Судорожно хватая руками теплый воздух, я стараюсь хоть как-то удержать равновесие, – всё тщетно. В голове проносятся мысли о каких-то абсолютно ничего не значащих вещах, вроде не сданных в библиотеку книг или купленных к очередному празднику подарках. Скоро какой-то праздник?...
Странно, мне казалось, что падение будет быстрым, что сердце резко подскочит к горлу, а в ушах зазвенит от набираемой скорости. И я буду кричать, кричать, и кричать. Поражение интуиции номер три.
Ноги постепенно окунаются в вязкий туман пустоты, такое чувство, будто тебя затягивают зыбучие пески, но не грубо, а наоборот – очень мягко и нежно. Аккуратно захватывая каждую клеточку твоего тела, постепенно и мучительно долго. Пытаться взлететь даже не стоит - на одном, хоть и здоровом, крыле далеко не улетишь. Но, что важнее всего, мне и не хочется. Столь медленное и странное падение околдовало меня, дыхание пустоты проникло в душу и, аккуратно её поглаживая, принялось потихоньку вытягивать, пить всю теплоту и силу, что я так долго собирала и хранила.
Стой… Страх вернулся. Бессильный, вялый страх уставшего человека. Мне всё здесь чуждо, и нет здесь неба. Из-под прикрытых век видна лишь тусклая помятая трава и…
Внезапно кто-то хватает меня за руку. Я резко распахиваю глаза, и в них с отчаянным протестом бьет ярко-зеленый цвет твоей куртки.
-Ты?


@темы: Цапля., Строки по сердцу., Сны. Отражение реальности?, Словобред., Прошлое., Они., Неадекват., Меломания., Личное. Моё., Диалоги.

21:32 

Цапля. Продолжение.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
На утро он забыл её.

"Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Профсоюзная".

Отрываю глаза от книжки – уже почти приехала. Сонно ежась, запихиваю увесистый толмут в сумку и, держась за поручень, жду, когда поезд подъедет к месту назначения.
Сегодня самый обыкновенный день самого обыкновенного года. Четыре пары в институте, а потом меня ждет дом и компьютер.
Еще пара минут – и я уже иду мимо длинной череды разноцветных магазинов. Как обычно опаздывая, как обычно с музыкой в ушах: "Расскажи мне о смерти, мой маленький принц, или будем молчать всю ночь до утра. Слушая проколотых бабочек крик или глядя с тоской мертвым птицам в глаза…"
Возле низенького черного заборчика стоит старушка. Как всегда одна и с протянутой рукой. Стоит, никогда не меняя позу, а лишь шепча "Храни тебя Господь" подающим ей людям. Один раз я тоже дала ей денег. Немного совсем.
Привычная утренняя дорога, привычные утренние мысли. Один день сменяется другим, который с некой уродливой благодарностью начинает подражать своему предшественнику.
Сигаретный дым перед институтом как всегда раздражает, и я спешу поскорее в кабинет с очередным трехзначным номером. 302?
Лекция. С трудом поддерживая глаза в открытом состоянии, я стараюсь записать на ровных, чуть сероватых листочках нудное бурчание преподавателя. Сегодня это делать особенно сложно, потому как вчера я, вопреки данному себе же самой обещанию, опять легла спать очень поздно.
Многострадальные последние десять минут до конца пары – и свобода. Опять же на десять минут.
-Мы на улице будем сегодня обедать или в столовой?
-А мне срать, где есть.
Все смеются. Почему-то они находят мои глупые шутки и каламбуры очень смешными. И вообще – почему-то им со мной интересно.
А мне всегда чего-то не хватает. Моя жизнь наполнена всевозможными мелочами, которые просто невозможно собрать в единое целое. Я беру все эти побрякушки в руки, но что-нибудь обязательно да вывалится. Но оставить, бросить на дороге столь увертливую мелочь не могу. И тогда, рассыпая всё, что несла в руках по траве, я сажусь на дорогу и принимаюсь долго-долго разглядывать каждую деталь своей жизни.
Жалея и плача о том, чего мне так и удается получить. Нельзя постоянно думать о том, что тебе и не удастся это сделать. Так жить неправильно, верно?
"Верно, Цапля".
Меня резко бросает в дрожь. Я сижу, судорожно сжав гелевую ручку, над аккуратно исписанной институтской тетрадью. Идет лекция. Даже вполне интересная, не то, что с утра.
Я в первый раз не дописала до конца предложение, не поставила точку. Мое собственное тело меня не слушается, но одновременно в голове начинается судорожное бурление мыслей, которое постепенно складывается в нечто цельное, имеющее форму и цвет. И смысл.
"Верно, Цапля".
-Кто?
В душе тишина, а перед глазами удивленные лица подруг.

Идя по ночным улицам города, так и хочется закричать что-нибудь в темноту. Неважно что, но непременно громко. Но сейчас мне необходимо кое с кем встретится.
-Доброй ночи.
Сидящая на лавочке девушка кивает мне, чуть покачиваясь из стороны в сторону, - будто напевает что-то про себя.
-И тебе того же. Присаживайся. У нас еще о-го-го сколько времени.
Я опускаюсь рядом с ней на лавочку, инстинктивно проверяя рукой – не грязная ли. Пустышка ухмыляется.
-Столь людские замашки. И почему тебе нужно всё потрогать и всё пощупать? Ты что думаешь – остальные совсем дураки? Сели на грязную лавку и сидят, не нарадуются.
-Я вовсе не…
-Да ладно. Знаешь, а ты вся аж светишься. Белый цвет всегда сверкает в темноте. Тебя можно поставить на какое-нибудь возвышение, и будешь людям путь указывать. Как маяк.
-Какой же у тебя всё-таки злой язык, Пустышка.
-Какая же ты всё-таки обидчивая, Цапля.


@музыка: Слова из песни (с) Flёur - Никогда.

@темы: ..., Flёur., Диалоги., Личное. Моё., Неадекват., Они., Словобред., Философствования). Ом)), Цапля.

22:18 

Цапля. Продолжение.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
Снова закат. Я сижу на земле рядом с мертвым голубем. Шея стала настолько безвольной и мягкой, что голова опускается сама по себе, - и мне приходится смотреть то на разлагающийся трупик, то на островки мокрой грязи. Малоприятное зрелище.
Вокруг ни души, а в сознании всё еще гудят четкие слова, которые мне довелось услышать совсем недавно. Вернее я должна была их выслушать.
Хорошо, что нет дождя, - значит, я могу продолжать свой путь. Ночь мне в этом деле не помеха: она всегда приносила с собой столь чудесный щемящий покой, что порой я начинаю ненавидеть день, потому что он забирает ее у меня.
Собираюсь с силами, поднимая голову к небу, одновременно расправляю крылья и твердо встаю на ноги. Я готова.
"Ошибка, Цапля, ошибка. Какое же ты неразумное и забывчивое дитя. Моим условием было: не оставляй ничего после себя и не забирай ничего с собой. Это ведь несложно, так ведь? Разумеется, глупышка, я не говорил тебе тогда о материальных вещах – зонтик можешь прихватить.
Соблюдай дистанцию, обороняйся. А если ошиблась – заметай следы. Запрячь их в песке так, чтобы никто не смог их найти, даже ты сама. Потому как души обладают чудесным чувством направления. Стоит им хоть раз найти нужный вектор, при необходимости стрелочка сама начнет вертеться. А тебе нельзя быть найденной. По крайней мере, если ты до сих пор хочешь того же, чего и раньше.
Так что забудь и заставь забыть. Мне назвать имя или в тебе всё же есть хоть капелька ума?
И еще, Цапля. Не стоит смущать бедного наивного ребенка подобной возвышенной ерундой. Кто тебе сказал, что смерть расширяет горизонты? Вдруг она лишь переносит в другие рамки, в новые, незнакомые, а потому интересные и пугающие рамки. И ставит свои границы. А про ее запреты тебе уже хорошо известно".

Вздыхаю. Я как-то раньше не задумывалась, что этот мой путь обречен на одиночество. Так грустно.
Раскрываю черный, тонкий клюв и хрипло выдыхаю: "Гха, гха, га, арк, арк, кха, ка, кар, кар, карл!"

Сегодня я просмотрел кучу книг в библиотеке неподалеку. И все они о птицах. Хотя, разумеется, я искал в них лишь одну.
"Большая белая цапля - крупная перелетная птица. В Северной Америке она селится только на юге, на озерах и реках с медленным течением. Пара цапель устраивает гнездо среди густых камышей, куда врагу не подобраться, но бывает - и на дереве, неподалеку от воды. Кормятся цапли насекомыми, саранчой, мелкими зверьками. Браконьеры охотились на них из-за пучков длинных перьев, которые лежат на спине и доходят до вершины хвоста: модницы раньше украшали ими свои наряды".
Благодаря этой маленькой газетной статейке я вспомнил, как в детстве часто-часто, включая рано утром телевизор, попадал на один и тот же мультик. О принцессе Изольде, которая согласилась убить одну лишь цаплю ради белого, пышного хохолка. Он так чудесно подходил к ее свадебному наряду. А затем, конечно же, последовала целая череда убийств грациозных птиц, - ведь каждый теперь захотел иметь точно такое же украшение, как и у принцессы. И как же она искупила свою вину? Я вам отвечу, - она сама стала цаплей.
Сидя за новым, вкусно пахнущим деревом, столом и читая историю об Изольде, я неустанно вспоминал "мою" Цаплю. От этого сердце как-то трепетно, сладко, но в то же время весьма едко вздрагивало. Могла ли она тоже стать птицей во искупление какого-либо греха? Но ведь я не видел у нее ни крыльев, ни перьев. Может быть, это все было лишь красивой шуткой. А перо на пледе, а перо…
Внезапно ощутив нарастающий гул в ушах, я испугался. На насколько долей секунд мне показалось, что я умираю. Вот так резко, здесь, в городской библиотеке над страницами детской поучительной сказки. Гул мгновенно заполнил всё мое тело, вызывая суетливо копошащиеся мурашки, а затем перерос в нечто резкое, отрывистое и каркающее. Оно пронзило какие-то весьма важные кусочки моей души, от чего стало настолько больно, что хотелось кричать. Но я не издал ни звука. А когда всё это так же резко ушло, я понял, что совсем не помню ее лица.


@темы: ..., Личное. Моё., Неадекват., Они., Словобред., Философствования). Ом)), Цапля.

21:36 

Цапля. Продолжение.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).

Послушай-слушай, я белой блестящей птицей,
Разрушив рамки, взлечу, обгоняя дождь,
Не бойся, милый, я сон, я могу присниться,
Но ты, не смыкая глаз, меня ждешь и ждешь.

Ушла так быстро, оставив перо на пледе,
Не пряча крылья, взвилась в небеса высоко,
А ты не веришь и в тусклом туманном свете
Ждешь птичий клекот и греешь в руках молоко.

Я так быстро устаю. Прошло всего несколько часов, а крылья уже напряглись, став от этого тяжелыми и неуклюжими. Пора спускаться. Земля приближается с каждой секундой, все ближе и ближе, уже можно разглядеть не только маленькое зеленое деревце у дороги, но и каждый листик на нем. Ненавистная и желанная земля.
Я оглядываюсь по сторонам: одинокие люди с показным равнодушием проходят мимо. Подобный вид уже заменил тысячам таких, как они, прежние любопытные улыбки. Одинокие делают вид, что ничего не замечают, что слишком увлечены своими зацикленными мыслями, а счастливцы, нашедшие, как они думают, свою вторую половинку, на самом деле ничего не замечают. У них есть свое собственное чудо, в которое они затянуты по горло, что даже иногда становится трудно дышать.
А я уже настолько привыкла не верить в чудеса, что порой мне становится страшно за свое сердце.
Шаг-шаг-шаг-шаг. Лучше пока не останавливаться, вдруг время рассердится на мою неспешность и убежит слишком далеко. Никогда нельзя терять из виду стрелки часов, скользящие по ребристой оси жизни.
-Мама! Мама! Не ври! Не ври! Она не спит! Мама! Мама!
Оборачиваюсь на крик и вижу маленькую ревущую девочку. Испачканными в песке руками она трет мокрые от слез глаза, от чего они еще больше слезятся. У ее ног лежит мертвый голубь.
-Птичка, птичка, не умирай! У-а-а-а!
Типичная детская мягкосердечность. Стал бы солидный взрослый мужчина в черном офисном костюме убиваться над какой-то дохлой пичугой. Людей надо жалеть, а не каких-то пернатых уродцев, которых кругом пруд пруди.
Молодая мама, явно расстроенная столь открытым поведением своей дочери, пытается ее утихомирить, нашептывая что-то вроде: "Ты уже большая девочка, не надо плакать. Птичка просто спит".
А вот это уже грешок взрослых: легонько соврать, чтобы добиться нужного результата. Окутать чужое сердце приторной ложью, уверяя самого себя, что всё это делается во благо ближнего, лишь бы прекратить искренний поток слез. Береги сердце ребенка, милая, береги. Чтобы оно стало самой уязвимой мишенью для взрослых мук.
Я опускаюсь на корточки перед девочкой и просто молча смотрю на нее.
-Птичка, - повторяет она, со страхом глядя на прикованного к земле голубя. – Птичка.
Заплаканные глазки уже смотрят не на пустую оболочку мертвых крыльев, а на меня.
-Птичка, птичка, - эхом звучит у меня в сердце тонкий детский голосок.
-Она умерла. Ни твои слова, ни твои слезы ее уже не вернут, - жестоко начинаю я. – Но послушай, раньше она летала так низко, вечно упираясь головой в доступный ей предел неба. Короткие крылья были слишком слабы, чтобы позволить ей подняться выше и, окунувшись в вечно струящийся лунный поток, увидеть нечто восхитительно свободное, нечто вне рамок и пределов, вобрать в себя нежное дыхание облаков и парить, парить в сверкающих лучах солнца, не боясь обжечься, не боясь упасть.
Мой голос дрожит и срывается, блестящие глаза наивного ребенка сияют неподдельным восхищением и восторгом.
И тут я падаю. Земля шатается и трещит под ногами, увлекая меня на дно глубокой черной ямы с обломками красных кирпичей любимого, но разрушенного дома.
"Ошибка, Цапля, ошибка".


Простите, что надоедаю). Впечатления есть? Мысли? По поводу...

@темы: ..., Just me., Диалоги., Личное. Моё., Неадекват., Они., Словобред., Философствования). Ом)), Цапля.

19:07 

Цапля. Продолжение.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
-Послушай. Чтобы называть себя – Голубь, нужно им быть. Физически или духовно. Ты, насколько я вижу, человек, значит, вероятность обладания телом птицы отпадает. Нет ни перьев, ни клюва, ни крыльев. Но и в душе у тебя их тоже нет. Так что ты просто Карл.

-Почем ты знаешь, что у меня там в душе? Может, у меня там такие крылья, каких ты отродясь никогда не видела. Большие белые красивые крылья.
Я скованно улыбаюсь, осторожно допивая молоко из кружки. Где-то далеко по асфальтированной дороге шуршат шинами тяжелые грозные грузовики и маленькие юркие легковушки, чуть ближе по узкому тротуару идет домой молодая пара. Дождь уже намочил их с головы до ног, так что теперь им нечего боятся и не нужно спешить.
-Нет их у тебя. Смирись. Люди крылья не просто так получают. Коли хочешь летать - должен пожертвовать чем-то другим.
-И чем же пожертвовала ты, Цапля?
Последнее слово звучит чересчур едко, с издевкой. Должно быть, я это заслужила. Излишняя откровенность, как ни странно, всегда приводит к непониманию и обидам.
-Я – ничем. У меня просто это отняли. Отобрали, меня не спросив.
Людей всегда интересуют подробности и доказательства. На веру уже никто ничего не принимает. А еще они обожают лезть в чужие души, устав копаться в своей. Что именно хотят там отыскать – не знают. Но лезут и лезут туда своими бледными руками, вглядываются жадными глазами и ищут, ищут нечто такое, что способно их успокоить и согреть.
Я поднимаюсь, медленно с удовольствием, как после долгого сна, расправляю высохнувшие крылья. Теперь они стали намного легче, теперь снова можно лететь, но меня клонит в сон.
-Карл, я посплю немного, ладно? Здесь, на диване.
Ты молча киваешь, явно думая о чем-то своем, и приносишь мне подушку. Она набита белыми перышками, от чего мне становится неприятно и уютно одновременно. Смотря на закрывающуюся за тобой дверь, я закутываюсь в теплый серый плед. Дождь за окном принимается петь мне нежную колыбельную из детства. Ветер подхватывает ее, кружится, высвистывая медленный плавный мотив. Я изгибаю длинную шею, пристроив черный клюв на белой, как вата, подушке и уплываю в мир снов, в котором нет птиц, перьев и дождя. Там есть лишь обычная девушка, которая спешит по утрам в душное переполненное метро и читает там очередную понятную только ей книгу.

Темнота впитала в себя последние слезы неба, дождь застыл на секунду в воздухе и успокоился. Я открываю глаза, судорожно вспоминая, где я нахожусь и нужно ли здесь чего-то опасаться. На улице – серо. Серое небо и земля, и даже воздух, пропитанный холодным молоком тумана. Ты стоишь и смотришь в окно. Я совсем не удивляюсь, что ты здесь. Тихонько подхожу сзади, кутаясь в теплый плед, еще хранящий в себе мои сны, и молча замираю.
-Слушай, Цапля, - голос острой иглой прорезает тишину комнаты. – Слушай. Ты меня очень сильно обидела. Появилась на пороге в такой неожиданный дождь, сказала, что я не могу быть птицей, и уснула. А мне всю жизнь хотелось иметь крылья. Всю жизнь. Я устал ходить по земле, сгибаясь и ломаясь под градом условностей, стереотипов и правил. Я уже не помню, когда последний раз засыпал без мысли о том, что жизнь – дерьмо. Что все мои жалкие потуги бессмысленны, и мне никогда не достичь, не коснуться чего-то светлого белого доброго.
Я молчу, позволяя тебе, наконец, высказать свои глубоко спрятанные от людей, даже от самой жизни, мысли, которые не решался произнести настолько громко, чтобы хоть кто-то услышал. Но для меня сейчас твои слова подобны крику, - пустота серого утреннего мира усиливает их, отражает и поглощает без остатка. Днем от них не останется ни звука.
-Да, я обычный человек. Самый что ни на есть заурядный. Но ведь именно таким и хочется стать кем-то особенным, великим, всемилюбимым. Чтобы нечто выделило их из огромной, вечно спешащей куда-то, массы, наделило необъяснимой силой. Не важно, что это будет: волшебная палочка или мощный тяжелый пистолет. И вот…
Ты поворачиваешься ко мне лицом и пристально вглядываешься в глаза. Внутри начинает разрастаться пульсирующий комок тревоги. Он мягко скребется по сердцу теплыми ватными краями, изредка царапаясь попадающимися среди легкого пуха деревянными опилками.
-И вот ты. Девушка, утверждающая, что является птицей. Цаплей.
-Белой Цаплей, - я протягиваю руки и закрываю ими твои глаза, душа успокаивается, - больше ее никто не тревожит, никто не пытается уловить ее зыбкий образ, разглядеть распахнутые внутри крылья. – Мир нуждается не только в уникальных людях, но и в самых обыкновенных. Сам посуди: если бы необычных людей было бы слишком много, они автоматически стали бы заурядностью.
-У тебя руки пахнут печеньем, - невпопад говоришь ты. Ночной ты. Тот, который немного отличается от своего "дневного брата": голос мягче, в нем нет грубых ноток, равно как и ласковых. Слова проникновеннее и даже как-то мудрее, хотя, разумеется, они для меня все кажутся глупыми. Не потому что это так и есть на самом деле, а потому что я так решила сама.
-Я пойду. Спасибо за молоко и плед.
Резко повернувшись к тебе спиной, сбрасываю с плеч серую ткань и направляюсь к выходу. Чуть влажные джинсы не вызывают никакого дискомфорта, как, впрочем, и мятая кофта. Мне всегда было абсолютно наплевать, во что я одета.
Твои шаги останавливают меня в дверях.
-Цапля. Ты вернешься? Еще вернешься сюда?
Тревожный комок внутри расплывается в странное подобие улыбки, которая отражается на губах. Я игриво наклоняю голову, чуть опуская длинный блестящий клюв.
-Что – вот так предсказуемо? Пара заумных фраз, мокрые волосы, странное имя, да касание рук, – и ты уже влюбился? Ты и впрямь обычный человек, Карл.
-Ты вернешься?
-Нет.
Я осторожно закрываю за собой дверь. Щелчок – и между нами уже вполне материальная преграда, ненадежная, хрупкая, но даже ее ты не в состоянии преодолеть. Отрывисто встряхиваю крылья и выгибаю вперед белую шею, ища в туманном утре свою дорогу. За спиной тает твой шепот: "Что-то доброе белое светлое".



Боже, мне нужны мнения. Как никогда. В моей жизни были раньше лишь стихи, так что это нечто новое для меня. И странное.
Ну а вообще - "Продолжение следует".

@темы: ..., Just me., Личное. Моё., Неадекват., Словобред., Философствования). Ом)), Цапля.

21:13 

Цапля.

Дай мне день, чтоб тебе его отдать (с).
-Как тебя зовут?
За окном льет дождь, нарушая планы сотен людей, которые уже было собрались выйти прогуляться под летним теплым солнышком. Серые тучи наползли мгновенно, накрывая город огромным серым зонтом. Какая глупая ирония – зонт, несущий дождь.
Именно в столь контрастный день я и появилась у тебя на пороге. С белых крыльев стекала вода, капая на идеально чистый коврик перед дверью, желтые глаза глянцево блестели, отражая твое удивленное лицо. Я чуть приоткрыла дрожащий от холода клюв – идеальная черная полоса в воздухе.
Разумеется, ты ничего этого не видел. На пороге стояла промокшая жалкая, светловолосая девушка и просилась в дом.
-Так как тебя зовут?
Руки приятно грела теплая кружка молока, а плечи – длинный серый плед.
-Я забыла.
-Что?
Вздыхаю, набирая в грудь побольше воздуха. Глупый какой.
-Я не помню своего имени. Настоящего. Да и какой в нем прок. Ребенка называют при рождении, тогда, когда еще не видно его самого, такого, каким он станет. Можешь назвать это характером. Просто выбирают наиболее понравившееся имя - и готово. Никаких проблем.
У тебя такой вид, будто ты ни разу в жизни ни о чем подобном не задумывался. Капли дождя за окном размеренно стучат по остывающей земле, по моему сердцу тоненькими барабанными палочками. Хочется спать.
-Но, - наконец, ты вымучиваешь из себя пару слов, - как-то же тебя нужно называть.
-Цапля. Я называю себя Цапля.
-Ясно, ну тогда и мне никчему мое настоящее имя. Буду, скажем… Голубем.
-Нет, ты не Голубь. Не подходит. Ты…
Я чуть прикрываю глаза и начинаю внимательно вглядываться в сидящего напротив парня. Ничего, пусто. Обычный заурядный человек.
-Я могу называть тебя Карл.
Имя вылетает непроизвольно, хриплым, скрипучим звуком, похожим на карканье вороны. Мало кто знает, но цапли кричат почти также. Большие красивые белоснежные птицы, от которых ждешь чего-то столь же волшебного, открывают клюв и выдыхают из себя неуклюжий резкий звук, похожий на отчаянный скрип старой двери всеми давным-давно покинутого дома.
-Как хочешь.
Похоже, обиделся. Действительно, - какая-то девушка имеет право величать себя Цаплей, а ты подобного права не имеешь.
-Послушай. Чтобы называть себя – Голубь, нужно им быть. Физически или духовно. Ты, насколько я вижу, человек, значит, вероятность обладания телом птицы отпадает. Нет ни перьев, ни клюва, ни крыльев. Но и в душе у тебя их тоже нет. Так что ты просто Карл.


Это просто задумка. Не знаю, стоит ли ее продолжать.

@темы: Just me., Диалоги., Личное. Моё., Неадекват., Они., Словобред., Философствования). Ом)), Цапля.

По бесконечной лестнице.

главная